«Никуда я не поеду, я здесь родился». Почему российский биатлон даже рад полной изоляции

«Никуда я не поеду, я здесь родился». Почему российский биатлон даже рад полной изоляции

В эпоху полного запрета на русский спорт в мире я приезжаю на Кубок России по биатлону в Уфу и по очереди задаю одинаковый вопрос старшим тренерам сборной Михаилу Шашилову и Юрию Каминскому.

— Если завтра вам позвонят из страны, которая выступает на Кубке мира, например, из Словакии, и скажут: «Даём вам хорошие условия, зарплата в долларах» — уедете?

— Никуда я не поеду, — говорит Шашилов. — Я здесь родился и буду работать всегда. Хоть тренером сборной, хоть тренером в регионе. Меня, может, и звали уже, но я — пусть это пафосно прозвучит — патриот!

Каминский выступает прагматичнее и жёстче.

— Я прекрасно понимаю, что там в мире происходит, как к нам сейчас относятся, — говорит тренер мужской команды. — В руководстве биатлона — реально русофобы. Американец, канадец, чех, обиженный на СССР. И остальные такие же. Причём из них же толком никто никакого отношения к биатлону не имеет. Раньше была спортивная организация, а теперь — коммерчески-политическая. Отношение к России соответствующее. И началось все не в феврале, а давно.

Передают тренеры и настроение спортсменов.

— Вы слышали, чтобы кто-то говорил о смене гражданства ради выступления на Кубке мира?

— Нет, конечно. Все нормально работают, — отвечают оба тренера. Их слова подтверждаются вполне праздничной атмосферой. В Уфе — солнце. Народ веселится на церемонии открытия, довольная Кристина Резцова заседает с подругами в столовой стадиона и много смеётся. Становится ясно: к изоляции русский биатлон готов лучше, чем когда-либо.

Из общих настроений выделяется и новое. Что нам не нужно было терпеть запрета флага и гимна, не нужно было соглашаться ни с избирательной травлей Александра Логинова, ни с коллективной ответственностью и недопуском ни разу не попадавшихся на допинге атлетов. Мол, давно нужно было послать западную систему к черту и создать свои турниры.

У турниров этих даже есть контуры. Например, создание клубов, которые соревновались бы в разных городах и регионах странах под песни Голоса биатлона. Или придумать свой, азиатский Кубок мира. В ноябре весь мир в Эстерсунде, а мы — в Хантах. В декабре в Хохфильцене и Поклюке, а мы — в Екатеринбурге и Тюмени. В январе — в Рупольдинге, Оберхофе и Антерсельве, а мы — в Уфе, Москве и Петербурге. Стадионы — полные. Комментатор и показ гонок — лучшие. Мы — всегда чемпионы, а русофобы в IBU и в мире — кусают локти.

И действительно: звучит все это патриотично, радостно и оптимистично. На словах. Пока ещё остались деньги русофобов, лыжи русофобов и винтовки русофобов. И даже интересно, что те же люди скажут через полгода, когда весь мир и впрямь будет в Хохфильцене, а Россия — в Хантах.

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.